<<
>>

Общие черты в строении и развитии ленточных червей в связи с их паразитическим образом жизни

Старые представления о «самозарождении» паразитов. Еще сто с небольшим лет назад многие ученые считали пузырчатые формы, или «водянки», ленточных червей за совершенно особый класс животных и полагали, что глисты возникают во внутренних органах путем самозарождения из «испорченных соков» хозяина.

Действительно, трудно было представить себе, как, например, пузырь овечьего мозговика мог откуда-то со стороны проникнуть внутрь черепа овцы и как затем его потомство могло бы попасть в мозг к другой овце.

Правда, еще в XVIII веке один из крупнейших натуралистов того времени, петербургский академик П а л л а с, высказал правильную мысль, что глисты или их яички, выделяющиеся из человека или животного, передаются другим людям и животным через пищу, питьевую воду, а может быть, также и через воздух. Эту мысль Паллас подкреплял тем соображением, что глистные болезни чаще наблюдаются в густонаселенных местностях, «особливо же там, где народ ведет жизнь неопрятную, где атмосфера и сырой климат споспешествуют к сохранению глрстных яичек, где воды, содержащиеся в прудах, открытых колодцах или реках, уносящих из города различные нечистоты, составляют обыкновенное питье». Далее Паллас обратил внимание и на то, что отдельные виды паразитов бывают приурочены к определенным группам животных- хозяев, «поелику их яички только в известных животных находят сообразную себе теплоту и пищу, служащую к их развитию».

Однако Паллас не мог подкрепить своего мнения прямыми опытами или наблюдениями, и большинство его современников и ученых следующего поколения относилось к его гипотезе очень скептически. «Хотя справедливо говорят: «Homo homini lupus est» (человек человеку волк), — иронизировал д-р Бремсер, крупный гельминтолог первой половины прошлого века, — но в Европе по крайней мере люди съедают друг друга только в переносном смысле» и, следовательно, не могут непосредственно заражаться глистами друг от друга.

Невозможно, по мнению Бремсера, и заражение через пищу или питье: «За чистотою употребляемой нами пищи мы наблюдаем рачительно. Это сообщение, конечно, могло бы произойти посредством воды... Но сколь длинный путь должно совершить таковое глистное яичко! Сколь долго должна' сохраняться жизнь, его при весьма неблагоприятных обстоятельствах, отчего скоро умирают все глиоты?» [VI]

Как же представляли себе в таком случае зарождение глистов современники и последователи Бремоера?

В университетском курсе зоологии московского профессора Ловецкого (1832 год) вопрос этот излагается так: «Зародышем глистов в кишечном канале служит питательный сок и слизь, а в прочих органах кровяная сыворотка, коих некоторые капли, удерживая постоянно свое жизненно химическое смешение, следовательно, не извергаясь вон и не претворяясь ни в существо крови, ни в тело животного, наконец делаются самостоятельными организмами, или глистами... Когда количество питательных веществ превышает силу всасывающих и испражняющих сосудов и когда масса слизи и кровяной сыворотки беспрестанно умножается, тогда глисты по большей части зарождаются; ибо питательный сок, слизь и кровяная сыворотка суть единственные источники, из которых глисты почерпают свою жизнь и образование».

В соответствии с этими представлениями распространение печеночного сосальщика Ловецкий приписывал прямому влиянию сырости пастбищ, а пузыри овечьего мозговика, по его мнению, «за* рождаются в ягнятах одного года от трудности выхождения зубов, от солнечного зноя, от ударов в голову, от худого корма и проч.».

В те додарвиновские времена, когда большинство ученых стояло на позиции неизменности видов, в пользу теории самопроизвольного зарождения паразитов приводилось и такое глубокомысленное соображение: если бы глисты, вши и другие подобные существа были бы созданы вместе с другими видами животных при «сотворении мира», то пришлось бы допустить, что первые люди — Адам и Ева —• должны были носить в себе всех встречаемых у человека паразитов, а при таких условиях наши прародители едва ли могли бы остаться живыми после грехопадения и изгнания из рая.

Открытие цикла развития ленточных червей. Те пути заражения, о которых мог только догадываться в конце XVIII века Паллас, были выяснены только в середине прошлого столетия — главным образом в работах немецких исследователей Кюхенмейстера, Лейкарта и Зи- больда.

К этому времени накопилось уже много доказательств невозможности самопроизвольного зарождения современных организмов, а вскоре опыты Пастера показали, что даже самые мелкие и простые бактерии не зарождаются сами собой из неживого вещества, а развиваются только от других таких же бактерий. Исследователи обратили внимание на то, что головки, образующиеся во внутренних выростах у пузырчатых «водянок», очень похожи на головки ленточных глистов; отсюда возникло предположение, что пузырчатые и ленточные глисты с одинаковыми головками — это только разные стадии развития одного и того же животного. Наконец, это предположение было проверено на опытах и над животными, и над людьми: собаки, которым давали съесть печень с пузырями эхинококка, через несколько дней оказывались зараженными мелкими червями этого вида; у свиней, которым давали с кормом членики цепней, мясо оказывалось финнозным, а один врач, намеренно проглотивший несколько живых финок, через два месяца обнаружил, что у него в кишечнике стали отделяться зрелые членики цепня.

Так были установлены и пути заражения, и явление «смены хозяев», сопровождаемое чередованием двух форм существования паразита — сначала пузырчатой, а затем ленточной.

В этом отношении сходны между собой такие, казалось бы, не похожие друг на друга организмы, как бычий цепень и эхинококк (см. рис. 74 и 75). Разница между ними в том, что у цепня ленточная форма достигает нескольких метров в длину, а пузырчатая форма — это маленькая финка с одной впяченной головкой, тогда как у эхинококка ленточная форма — крошечный червячок, а пузырчатая достигает иногда веса более 60 г и содержит множество головок. Промежуточное положение между этими двумя крайними формами занимает овечий мозговик.

Многообразие и распространенность ленточных червей. Ленточные черви составляют очень распространенную группу, в которой насчитывается более 1500 различных видов. Они паразитируют в самых разнообразных животных. Промежуточными

хозяевами для них бывают и черви, и моллюски, и мелкие рачки, и насекомые, и травоядные или всеядные млекопитаю- пще, а хозяевами окончательными — те существа, которые поедают этих промежуточных хозяев: рыбы, птицы, хищные млекопитающие и человек. Многообразие и распространенность лентецов (или, иначе говоря, процветание этой группы) говорят о том, что эти организмы оказываются очень хорошо приспособленными к тем условиям, в которых им приходится существовать.

Упрощение организации и усложнение цикла развития. С паразитическим образом жизни связано значительное упрощение строения ленточных червей по сравнению со свободноживущими плоскими червями; особенно упрощенпое строение имеют их пузырчатые формы. С другой стороны, их существование было бы невозможно, если бы у них не выработалось, во-первых,огромной плодовитости и, во-вторых, сложного цикла развития. Прослеживая развитие отдельных видов (цепней, мозговика, эхинококка и др.), мы встречаем здесь и смену хозяев, связанную с чередованием пузырчатой и ленточной стадий, с чередованием полового и вегетативного размножения. Вегетативное размножение наблюдается у многих пузырчатых форм в виде образования в одном пузыре многочисленных головок, дающих начало отдельным особям ленточных червей (у мозговика, у эхинококка), и у ленточных форм — в виде обособления зрелых члеников (у цепней).

Биологические отношения между лен- тецами и их хозяевами. Особенно интересно разобрать те жизненные взаимоотношения, которые в процессе исторического развития сложились у ленточных червей с их промежуточными и окончательными хозяевами.

Окончательным хозяином называется тот организм, внутри которого живет взрослая форма паразита, способная производить яйца. И цепни, и мозго- вик, и эхинококк попадают в тело своего окончательного хозяина вместе с мясной или рыбной пищей, а затем в виде ленточных глистов поселяются в его кишечнике. Их присутствие в кишечнике может вызвать у хозяина некоторые болезненные явления. Однако такая форма гельминтоза не может быть причислена к тяжелым заболеваниям, ведущим за собой преждевременную гибель организма (которая была бы гибелью и для поселившихся в нем глистов). Окончательный хозяин остается бодрым и подвижным, п, вырастив в своем кишечнике ленточных паразитов, он со своими испражнениями рассеивает их яички в течение долгого времени и на значительном пространстве. Это и создает благоприятные условия для широкого распространения паразитов: на пастбищах ими легко заражаются травоядные или всеядные млекопитающие.

В организме нового — промежуточного хозяина — развивается уже пузырчатая форма паразита, поселяющаяся в таких важных для жизни органах, как мускулатура, сердце, печень, легкие, мозг. Финки и «водянки» мешают правильной работе этих органов и вдобавок отравляют их своими выделениями. Поэтому промежуточный хозяин страдает от паразита сильнее, чем окончательный: он болеет, ослабевает, а иногда и преждевременно гибнет.

Биологическое значение этого обстоятельства будет ясно, если мы вспомним, что появление домашней собаки и домашнего скота — это только самый недавний момент в общем ходе истории животного мира и что ранее существовали в прпроде только дикие волки п шакалы, еще не превращенные человеком в собаку, только дикие бараны, дикие свиньи, дикие быки — прародители нашего домашнего скота. А наши предки в те далекие времена еще не умели пользоваться огнем и, подобно хищникам, поедали свою добычу в сыром виде. В этих условиях — задолго до появления человеческой культуры — и сложились биологические отношения между ленточнымп червями и их промежуточными и окончательными хозяевами.

Конечно, животные, зараженные пузырчатыми формами глистов, ослабевали и, отставая от стада, легко становились добычей хищных зверей и первобытного

охотника. Следовательно, болезненное состояние промежуточного хозяина или даже его гибель как раз и обеспечивали скорейшую возможность развития паразита в кишечнике его окончательного хозяина. И, наоборот, чем бодрее будет чувствовать себя окончательный хозяин, тем дольше он будет кормить и выращивать в своем кишечнике ленточную форму паразита и тем шире будет рассеивать по всей округе его яйца (волк, например, успевает за сутки обегать в поисках добычи около 50 км).

Жизнь без кислорода. У лентецов, как и у других внутренних паразитов, нет не только органов дыхания, но и самого дыхательного процесса, который мы привыкли считать необходимым для поддержания жизни каждого животного и растительного организма. Как известно, в результате обмена веществ, который протекает при участии кислорода, поступающего из внешней среды, из тела удаляется углекислый газ и вместе с тем освобождается та энергия, которая необходима для жизнедеятельности животного, — энергия, превращающаяся в теплоту, движение и другие виды работы.

Однако у внутренних паразитов, обитающих в бескислородной среде, обмен веществ протекает иным образом. За счет обильной пищи, получаемой паразитом от своего «хозяина», в тканях его тела откладывается большое количество углевода гликогена, или животного крахмала. Это вещество в организме паразита расщепляется на органические кислоты, водород и углекислоту, а убыль его пополняется из новых количеств пищи. Процесс расщепления гликогена и дает ту энергию, которая необходима для жизнедеятельности червя.

В этом отношении внутренние паразиты обнаруживают сходство с некоторыми бактериями и грибками, также обходящимися без кислорода (анаэробионтами) и вызывающими брожение тех органических веществ, которые их окружают. Так, например, дрожжевые грибки разлагают сахар на спирт и углекислоту (на этом основано их применение в производстве) и живут за счет освобождающейся при этом энергии.

На первый взгляд между обычным дыхательным процессом, который мы привыкли считать необходимым для поддержания жизни каждого организма, и процессом распада, свойственного для организмов, обитающих в бескислородной среде, имеется как будто коренное различие, не позволяющее связать эти явления между собой. Однако современная физиология в результате тщательно поставленных исследований должна была отойти от старого, упрощенного понимания процесса дыхания как «медленного горения» живых тканей тела: в тканевом дыхании обычного типа различают две фазы — одну, сопровождаемую освобождением энергии и заключающуюся в распаде сложных органических соединений с выделением углекислоты и некоторых других продуктов обмена, и другую, в которой участвует кислород и которая состоит в возобновлении соединений, подвергшихся распаду во время предшествующей фазы. Поэтому, как показали эксперименты, многие организмы, которым свойственно кислородное дыхание, могут некоторое время оставаться живыми и в бескислородной среде, если только в организме происходит доставка свежего питательного материала и удаление вредных продуктов распада.

Следовательно, главная особенность бескислородного существования состоит в том, что здесь получила перевес первая фаза дыхательного процесса при условии бесперебойного поступления новых порций материала, подвергающегося распаду; это как раз и осуществляется у внутренних паразитов. А отсюда становится понятным и путь возникновения в процессе эволюции способности обходиться без свободного кислорода, составляющей одно из важнейших приспособлений к паразитическому существованию.

<< | >>
Источник: Яхонтов А.А.. Зоология для учителя.Том 1.. 1968

Еще по теме Общие черты в строении и развитии ленточных червей в связи с их паразитическим образом жизни:

  1. 18.6. АДАПТАЦИИ К ПАРАЗИТИЧЕСКОМУ ОБРАЗУ ЖИЗНИ. ОСНОВНЫЕ ТЕНДЕНЦИИ
  2. Общая характеристика типа плоских червей. Развитие плоских червей
  3. Общие черты, элементы систематики и распространение
  4. ГЛАВА 5 Основные черты и этапы истории жизни на Земле
  5. 8.6.3. Влияние на процесс старения образа жизни
  6. ГЛАВА 10. ПРОИСХОЖДЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННОГО ОБРАЗА ЖИЗНИ У ПЧЕЛ
  7. Поведение и образ жизни земноводных
  8. МНОГООБРАЗИЕ ПТИЦ, СВЯЗАННОЕ С ИХ ОБРАЗОМ ЖИЗНИ И СПОСОБОМ ПИТАНИЯ
  9. Часть III. ОБРАЗ ЖИЗНИ
  10. 8.6. ЗАВИСИМОСТЬ ПРОЯВЛЕНИЯ СТАРЕНИЯ ОТ ГЕНОТИПА, УСЛОВИЙ И ОБРАЗА ЖИЗНИ