<<
>>

Рыбы — моя первая живность


Годы войны и послевоенные были обозначены ужасной бедностью. Хороший полдник очень ценился, в то время многие дети страдали от недоедания, однако деревенские дети на большой перемене ели хлеб с маслом и салом, фабричные же дети редко когда имели с собой что-то хорошее и чаще всего выпрашивали у деревенских кусочек сала или хлеба.
Жадины, не желавшие поделиться, съедали свой полдник, закрываясь в туалете, в полной безопасности, но это продолжалось не долго, пока учителя не натыкались на запертую дверь в туалет.
Я же всегда стремился использовать свой полдник с пользой, несмотря на то, что моё чувство голода всегда было больше, чем еды, которую мне давала с собой моя мама. Однажды, когда я получил особенно большой кусок сала, мой школьный товарищ Ханс Ашбахэр предложил: Если ты отдашь мне этот кусок, то я дам тебе бычка подкаменщика. Что это? — спросил я. Это маленькая рыбка, — ответил он. Рыбу до этого я никогда не видел.
Ты можешь её посмотреть, — заманивал он меня.
Завернув кусок снова, мы отправились в Мадлинг, где в многоквартирном доме жил Ханс. В одной комнате, разделённой шерстяным одеялом, жила вся его семья.
Нас никто не должен был видеть, потому что нелегальный лов рыбы повлёк бы за собой побои учителя, жандарма и родителей.
Мы отправились на реку Мур. Старую, пробитую армейскую банку из-под печенья Ханс прятал в укромном месте у берега. Открыв её, я увидел маленькую рыбу с красными точками на теле. С первого же взгляда я пришёл в восторг, этот момент был прекрасен. Бычок на дне банки, а это — ручьевая форель, которую я не собираюсь отдавать.
А мне эта рыбка с красными пятнышками не давала покоя. Я дам тебе сало и весь полдник завтра, если ты отдашь их обеих.
Однако я сомневался, не нарисовал ли Ханс сам эти красивые цветные
точки. Уверяю тебя, это от природы, — заверял он.
В конце концов, я попробовал даже оттереть краску пальцем, и увидел, что они не стираются. И мы договорились, Ханс должен был завтра получить хороший кусок сала, а я забирал рыб домой. Если они белым повернутся кверху, то ты должен поменять воду, — кричал он мне вслед. Я не понял. Тогда Ханс объяснил, что когда рыбы повернутся вверх животом, я должен поменять им воду. Куда я должен влить воду, в рот или в живот? — не понимая, спрашивал я. Воду нужно менять в банке, впуская кислород, чтобы рыбы не задохнулись.
Всё это было для меня ново. Я вырос на горе и не имел об этом никакого представления. Ханс понял это и решил, для безопасности рыб, проводить меня до дома. Чтобы добраться до следующего водоёма, нам пришлось бежать не по просёлочной дороге, где не было воды, а по более длинной, скалистой, крутой и опасной тропе. У первого же ручья Ханс показал, как нужно выпускать воду, чтобы рыба не уплыла — повернув банку крышкой вниз, через отверстия в которой вода должна была выйти, затем перевернуть её вверх и подставить под водопад, чтобы набрать свежую. На полпути, когда дорога стала особенно опасной, Ханс повернул назад, а я должен был преодолеть её один за два часа, ведь дома меня ждала ещё работа. Если я справлялся с дорогой за два часа, для родителей всё было в порядке, и я был молодцом; если за два с половиной — это уже было на грани; а за три часа — меня наказывали, таская за волосы, или подзатыльниками.

Придя домой, я сначала сориентировался в обстановке, есть ли кто-то в зоне видимости, никто не должен был узнать о рыбах, ни папа, ни мама. Убе-


3 юности я играл на трубе в духовом оркестре Рамингштайна. На этой фотографии 1 сижу в центре, поездка в Южнотирольские Доломиты.


Хольцер              о О

дившись, что никого нет, я подошёл к чаше, вырезанной из цельного камня, куда постоянно бежала вода из источника, и вылил всё содержимое банки.
10-сантиметровый бычок подкаменщик ещё жил и пошёл на дно, и маленькая форель тоже выдержала переезд. Я сильно беспокоился, потому что рыбы были видны в воде, а родители не должны были их обнаружить. Я трясся, что они расскажут Шурле, мужу моей двоюродной сестры, который был инспектором жандармерии в Рамингштайне. Он часто при патрулировании заходил к нам, и мама всегда угощала его полдником. Мальчиком я сильно боялся людей в униформе, потому что родители часто пугали меня: Если ты не будешь слушаться, мы отдадим тебя Шурле, он закроет тебя в камере.
Что же делать? Маленькая рыбка всё время плавала вперёд и назад, без сомнения, родители её сразу заметят. И тут ко мне пришла славная идея. Я пошёл в свой огород и принёс пару корней и камни, и построил в чаше укрытие для рыб. Теперь я был спокоен и даже не заметил, что весь промок. Как только я пришёл домой, мама сразу стала ругать меня, а я оправдывался, что упал нечаянно в воду, когда пил. Переоденься и принимайся за работу, — прокомментировала она.
Мне было ясно, что рыбам нужна еда. Но какая? Я не знал, как нужно правильно их кормить.
На следующий день Ханс, получив свой полдник, поведал мне, что рыб нужно кормить кузнечиками и другими насекомыми, а также дождевыми червями. После этого я насобирал для них столько еды, что они не смогли всё съесть.
Эти водяные существа, особенно форель с красивыми красными точками, так очаровали меня, что я мог часами смотреть в глубину чаши, при этом всё остальное забывая и даже ничего не слыша. Мне хотелось только наблюдать, как рыбки едят. Мама часто ругалась: Когда ты отойдёшь от воды? Опять пьёшь? Возьми чашку, и не пей, откуда скотина пьёт.
Слава Богу, о рыбах ещё никто не знал. Несколько недель было всё хорошо. Я стал раньше приходить домой, а мой пенал был всегда полон кузнечиков и червяков. Мама удивлялась, почему это я стал таким прилежным. Он весь взмок, так быстро он шёл домой, — радовалась она.
Однажды я, как обычно, пришёл домой из школы и сразу отправился к
источнику. Разочарованный, я не увидел там ни камней, ни кореньев, не говоря уже о рыбках. Я ничего не нашёл, кроме чистой, прозрачной воды. Придя к маме, я спросил: Что случилось?
А она, ругаясь, рассказала, что кошка принесла рыбу в зубах. И тогда, уже плача, я подошёл к маме и спросил:
Почему источник такой чистый?
Она ответила коротко, как отрезала: Если ты сейчас не успокоишься, то получишь ещё и от отца.
Отец, к счастью, присутствия рыбы не заметил. Он хотел напоить лошадь, но она отказывалась пить. Что с Мулей случилось, почему она воду не пьёт? — спросил отец и стал внимательно осматривать источник. Тут он заметил камни и коренья. Везде, где проходит этот негодник, там появляются камни и корни! — ругался он, уже явно подозревая меня. В заключение он выдернул пробку и, слив воду, очистил чашу, выкидывая всё из неё. Рыбы упали в траву, а чаша, вымытая веником, была вновь наполнена чистой водой. Лошадь подошла и теперь могла спокойно пить. Отец рыб не заметил, и это было хорошо.
Я был в глубоком шоке. Через несколько дней я принял решение: У меня обязательно должны быть рыбы.
В 1952 году я построил свой первый маленький пруд, или, лучше сказать, лужу для рыб. Рыбы стали для меня всем. Недалеко от дома, на мокром месте я решил выкопать её, место, по моему мнению, было идеальным, потому что было скрыто кустарником от папиных глаз. Расчистив один квадратный метр, я начал копать, и вдруг на дне лужи забил родничок. Камнями и корнями я замаскировал это место так, чтобы никто не обращал на него внимания.
Вода в моём прудике держалась хорошо. Обмениваясь полдниками с Хансом и его братом, я вновь приобрёл рыб, но вскорости места стало мало, нужно было расширяться. Через эту работу с маленьким водоёмом я научился, познал многие различные и существенные взаимосвязи воды и природы.
К примеру, я открыл одного большого жука, который мог плавать в воде. И сегодня я знаю, что это плавунец окаймлённый, которым я тогда так восхищался, к тому же, там обитало множество амфибий — ящериц, лягушек и жаб. До моего сознания дошло, что многие виды животных обитают во влажных местах и вокруг них. Особенно интересно было наблюдать за головастиками.
<< | >>
Источник: Хольцер Зепп. Аграрий-революционер ; Пер. с нем. Э.А. Шек. — Орёл : С. В. Зенина. — 176 с.. 2008

Еще по теме Рыбы — моя первая живность:

  1. Моя стратегия защиты
  2. Моя специальность — фруктовые деревья
  3. Портал "ПЛАНЕТА ЖИВОТНЫХ". Первая лошадь, 2010
  4. ЧАСТЬ ПЕРВАЯ
  5. Первая продажа и обмен
  6. Первая жертва расизма
  7. ПЕРВАЯ ЛОШАДЬ И ПОСЛЕДНИЙ ТАРПАН
  8. Первая фаза метаболизма ксенобиотиков. 
  9. Глава первая ПОЧВЕННАЯ БИОТА
  10. История первая. Троглодит из грота Фельдгофер
  11. ГЛАВА ПЕРВАЯ Основания, побудившие автора написать ЭТУ книгу
  12. КОСТИСТЫЕ РЫБЫ