Задать вопрос юристу

10-2* Систематика как отражение наличной картины мира


В 1966 году французский культуролог-структуралист Мишель Фуко писал, что естественность системы определяется ее соответствием тем представлениям о структуре мира, которые в данное время господствуют в обществе.
И он был прав - в том смысле, что никакое накопление противоречий не заставит систематиков отказать системе в естественности, пока не сменится картина мира по Хайдеггеру (п. 5-16; вспомним тут заодно и тезис Витгенштейна, п. 3-7**).
Систематик и ламаркист Е.С. Смирнов в те же годы видел естественность системы в ее общепризнанности, окончательности и единственности, «не допускающей вариантов». Эта попытка развить Уэвелла неудачна: до сих пор всякое “окончательное” решение оказывалось временным. Ho позиция Смирнова заслуживает внимания, поскольку всякий систематик, предлагающий новую систему, надеется, что она окончательна. А недавно предложен совсем оригинальный критерий естественности:

“Когда я начинал заниматься функциональной морфологией... я и не помышлял о построении какой-либо системы”. Она “сложилась сама собой. И это, на мой взгляд, является главным доказательством ее естественности” [Павлов, с. 6].
Картина мира, усвоенная обществом, порождает в нем новую ПМ. He имея здесь возможности сопоставить таксономическую и эволюционную позиции каждой эпохи с ее моделями, скажу только, что эпоха рождения иерархического понимания системы вообще и естественной в частности (XVI- XVII века) характерна господством знаковой ПМ, в которой мир понимается как текст или шифр (у Короны - «фигуры подобия»). Эта ПМ обычна для времени становления научной дисциплины, а затем сменяется моделью, господствующей в данную эпоху (так, в генетике знаковая ПМ ныне сменяется на системную). Мне ближе всего диатропическая ПМ. Согласно ей, естественна та система, которая отражает реальную диасеть.
Прежде всего надо вспомнить о квази-гиперболах Виллиса, поскольку они показывают, что система организмов (по крайней мере, многоклеточных) имеет общую для всех таксонов структуру, притом фрактальную (п. 6- 11*).Наличие единой структуры дает простое пактическое правило:
если состав таксонов в системе данной группы сильно отклоняется от квази-гиперболы, то система, вернее всего, неестественна.
Здесь возможен тот же упрек, что и к филогенетике: не являются ли гиперболы Виллиса свойством мышления систематиков, а вовсе не свойством объектов систематики? В прошлом такой упрек звучал многократно, но в наше время можно уверенно ответить: нет, не являются (п.
6-11*).
Затем, надо определить, что именно подлежит систематизации. Ta картина мира, в которой это были ветви родословного древа, быстро уступает место картине генетического единства (в силу горизонтального переноса) всей живой природы, а в этой картине мира любые древа бессмысленны. Поэтому объектом классификации всё чаще видят жизненную форму (п. 6- 13*). Ей-то и приписывают естественность по Любищеву:
«прикладная ценность понятия жизненной формы состоит в том, что можно взять малоизученный вид... отнести его по немногим известным параметрам к той или иной единице системы (иерархии) жизненных форм и предположить по аналогии..., каковы могут быть основные, пока не исследованные черты биологии данного вида» (Hecuc К.Н., Нигматуллин Ч.М. Жизненная форма... // ЖОБ, 2003, № 3). Замечу: иерархией тут названамногоуроенееость.
Поскольку, как выше сказано, авторы отказываются доводить систему до вида, то очевидно, что она не призвана заменить нынешнюю систему адресации, а лишь дает дополнительный к ней взгляд на разнообразие. Ниже (п. 10-5 и далее) мы поступим так же.
Наконец, надо задать себе вопрос: если не идея общего предка, то что именно позволяет строить систему в форме иерархии (древа)? Ведь именно для иерархических систем биологических таксонов обнаружено правило

Виллиса. Ответ следует из самого факта общности (выходящего далеко за пределы биологии) феномена квази-гипербол: они возникают в любой устойчивой (долговечной) системе, причем система может пониматься не только в таксономическом, но и в функциональном смысле.
Так, Кудрин постоянно подчеркивает, что любой техноценоз (например, завод) устойчив только тогда, когда его компоненты (например, электромоторы по мощности) распределены квази-гиперболически [Кудрин, с. 26]. Это значит, что для классификации могут быть выбраны в качестве естественных очень разные принципы, но отнюдь не всякие, а лишь те, которые удовлетворяют некоторым соотношениям системности. Их, в основном, еще предстоит выявить, но один уже известен - квази-гипеболичность распределений подгрупп в группах. Из этого и будем исходить. 
<< | >>
Источник: Чайковский Ю.В. Наука о развитии жизни. Опыт теории эволюции.. 2006

Еще по теме 10-2* Систематика как отражение наличной картины мира:

  1. 10* Лазеры жизни и новая картина мира
  2. 7-1. С чего начать отсчет? Антропный принцип и картина мира
  3. 6-4. Наличное разнообразие и эволюционная изменчивость
  4. 4.4. Отражение и преломление светового луча
  5. Глава 2. Эволюция психики и уровни психического отражения
  6. Уникальность этой картины
  7. Общая картина строения наследственного вещества
  8. Сбор анамнеза и описание клинической картины кожной формы болезни животных.
  9. Зоологическая систематика на современном этапе
  10. alt="" /> 3* Экоморфологическая систематика
  11. 10-5. Диатропика и систематика
  12. Эволюционная систематика
  13. Систематика, зоогеография, история фаун
  14. Антропогенно-измененные почвы в земельном фонде Мира
  15. 10-2. Филогенетика, кладизм и систематика